НЕПРЕДУМЫШЛЕННОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ В ИНЫЕ МИРЫ

Никакого света в конце тоннеля нет, дорогие мои. Эта игра — в одни ворота.

НЕПРЕДУМЫШЛЕННОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ В ИНЫЕ МИРЫ

Ах, если бы я был писателем-постмодернистом! Или хотя бы графоманом…

Старость не радость, братцы. В былые годы ваш корреспондент выпивал свои законные полтора литра и в час ночи отправлялся домой, на Королёва, пешком с девятки, от друзей. С четырьмя книжками в пакете, потому что читать я люблю с детства, а библиотеки переношу с трудом.

Потом, увы, накопились возраст и болячки, и когда утром протестующий организм официально заявляет, что с синькой надо заканчивать, квалифицированно спорить с ним всё труднее. Так случилось и на этот раз. Внутренний прокурор был категоричен.

— Довольно, — заговорил он, едва в голове хоть немного восстановилось энергоснабжение. — Не мальчик уже, угомонимся. Разве можно так напиваться на рубль?

Робкие возражения внутреннего адвоката были почти не слышны, потому что стандартный функционал организма запускался с трудом. Крайне хреново мне было, если по-русски выражаться. Прокурор любые оправдания встречал мученическими взглядами, устремлёнными в небеса, а на единственный внятно сформулированный тезис защиты ответил уничтожающим уточнением:

— Коллега, а какое сегодня число и день недели?

Адвоката пробило на тремор. На часах было двенадцать, за окнами светло: значит, полдень. А день недели? Чёрная дыра красовалась на этом месте. Пока прокурор предавался публичным сожалениям и осуждениям, адвокат попытался схитрить и включил компьютер. С трудом пробиваясь сквозь внутренние помехи, системный администратор хриплым голосом пояснил, что на дворе понедельник.

— Вот видите, коллега, — грустно улыбнулся прокурор. — А в следующий раз мы не сможем припомнить даже имени собутыльников.

Адвоката окатило сперва горячей, а затем холодной волной. Виртуальной, понятное дело. Имени собутыльников он действительно привести высокому суду не мог. Более того, чёрная дыра красовалась на всей вчерашней пьянке целиком. В оперативной памяти этот файл отсутствовал, похоже, полностью. Ка-та-стро-фа…

Пока эти двое обменивались уничтожающими взглядами, я собрался с силами и отнёс себя на кухню. Перемещения давались с огромным трудом, и это был очень плохой сигнал. Одно дело головная боль и частичное выпадение памяти, и совсем другое — отказ двигательных функций.

В кухне, как ни странно, не было ни пустых бутылок, ни грязной/мытой посуды. Сиречь, никаких признаков глобального застолья. Даже табаком не воняло. А подгоревшая картошка на сковородке — это о чем вообще?

Следственные действия явно требовалось перенести на другую почву.

— Подсудимый, — немедленно возобновил обструкцию внутренний прокурор, — помним ли мы хоть что-нибудь, предшествующее пьянке?

Адвокат пожал плечами, зябко ёжась под презрительными взорами суда.

— Не помним вообще ничего, — удовлетворённо резюмировал прокурор. — Что ж, давайте вспоминать снова. Я смотрю, мы компьютер включили. Там подсказок не отыскалось ли?

Откуда-то со стороны донёсся тихий шёпот системного администратора:

— Тут написано… Тут написано, что предыдущий сеанс связи был два часа назад.

«Чушь, вздор и компот», — вяло подумал я. Какие, на фиг, два часа? Если я проснулся чуть живой в двенадцать, то получается, что вырубился в десять утра. Это ж во сколько мы тогда начали пить и, главное, с кем?!

Под сочувственные, в целом, усмешки присяжных суд предложил вызвать эксперта-психолога. Тот несколькими ловкими вопросами восстановил в системе крошечный фрагмент утраченных двух часов. Похоже, я действительно работал работу в это утро, и была она продолжением длиннейшей, почти на двое суток, технической сессии.

Дело в том, что в выходные мы занимались апгрейдом компьютера. Железо и софт удалось переформатировать практически без проблем. Оставалось только собрать по сусекам сотни гигов архива, в спешке (апгрейды от хорошей жизни не затеваются) распиханных куда ни попадя. Именно этим я и был занят, когда…

Бздымк! Внутренний сисадмин триумфально вскинул вверх ручку с трёхдюймовой дискеткой.

— Здесь записано, — пояснил он суду, — что мы работали над переносом видеоархива и в какой-то момент подумали: «А чего это мне так х… простите, плохо?»

— Точно-точно, — оживился адвокат. — И картошка точно жарилась на момент осуществления работ! То есть, мы помним, как её чистили!

— Да, — неохотно признал прокурор. — Кажется, что-то такое было в материалах дела. Нам резко и непонятно отчего стало нехорошо. Эпизод злоупотребления алкоголем выпадает, кажется, из обвинительного заключения.

Приглашённый внутренний физиолог потребовал перерыва для медицинского освидетельствования. Однако воспрянувший адвокат уже успел заявить ходатайство либо о прекращении дела, либо о переносе слушаний для уточнения позиций сторон. Ведь если в десять утра никакой пьянки не было, то внутренняя полиция нравов дала адского дрозда?

После беглого осмотра доктор, качая виртуальной головой, довёл до сведения присяжных, что клиента вообще в таком состоянии допрашивать не рекомендовалось бы. Во-первых, мы действительно ни черта не помним о последних двух часах жизни. В соответствующем файле, дал справочку сисадмин, отсутствует даже ссылка на спасение подгорающей картошки, например. То есть, мы с полной уверенностью можем сказать, что она уже начала подгорать, когда подозреваемый снял сковороду с плиты. Но как и когда это было сделано — увы…

Прокурор о чём-то тихо зашептался с судом, а адвокат кинул танки в прорыв. Благо, в обновлённой картине этого утра никакого алкоголя теперь не просматривалось совершенно. Получалось, что я потерял сознание во время работы, и два часа находился в… обмороке? отключке? короче, вовсе не принимал участия в белковом существовании планеты Земля. И вернулся в реальность не без труда, свидетельством чего стало тяжелейшее расстройство организма.

— Товарищи, давайте всё-таки не будем излишне драматизировать, — поднялся с места внутренний политкомиссар. — Ну какие, нафиг, двухчасовые обмороки? Вы же помните, как это происходит. Едем в автобусе, чик — и темнота. А через несколько секунд сознание перезапускается, и нас везут в больничку на «скорой». Очень, кстати, неудобно это у нас тогда получилось.

— Имею дополнение к ранее выставленному диагнозу, — встрял внутренний физиолог. — У обвиняемого сильное растяжение мускулов ног и почти прокушен язык, что говорит о вероятности продолжительных судорог.

— Слу-ушайте, коллега, — протянул прокурор. — Вы ещё скажите, что нас отравили «Новичком».

— Не скажу, — возразил физиолог. — Но и нормальным появление подобных симптомов назвать не могу. Мы когда вообще последний раз язык-то прикусывали? В детском садике?

В зале зашумели, а поскольку мне было и впрямь очень-очень нехорошо, спектакль в голове пришлось волевым усилием свернуть. Мышцы потом ныли и болели ещё две недели. Прокушенный язык слабо напоминает о себе по сей день. Соображалка… ну, поскольку она оценивает сама себя, объективной картины тут сложить просто не получается. В общем же и целом выходит, что какой-то кондратий действительно посетил вашего корреспондента, и это был уже сакрально-сказочный третий раз, если считать с 2017 года.

К врачам обращаться я, естественно не стал — ибо не с чем — да этот отчёт пришлось здорово отложить, потому что в интернетах как раз стартовал новый сериал Алексея Навального. Менее всего мне хотелось в этот момент уподобиться какому-нибудь Теодору Марьясову с его неуловимыми террористами из Корпорации Знаний. Тем не менее, сам факт краткосрочного выпадения из бытия полностью игнорировать не представлялось возможным, и с этим надо было что-то делать.

Честно скажу: если бы не железные горцы, которые подгоняют «Уран-Батору» информационную и финансовую поддержку, я бы не собрался сформировать данный текст и сегодня. А так — официально заявляю, что неуклюжие рассуждения Навального про смерть и гражданское прощание с организмом мне теперь стали намного понятнее. Это первое.

Второе:

«На ТОСЭР «Железногорск» будет создано новое производство, — сообщила в пятницу стране и миру пресс-служба Серого дома. — Проект предполагает организацию выпуска высококачественных элементов систем вентиляции и других конструкций из металлопроката. Соответствующее соглашение 4 февраля заключили руководитель «Атом-ТОР» Николай Пегин и Генеральный директор ООО «Система» Константин Казарин.

Принятию решения об организации нового производства предшествовал тщательный анализ рыночной конъюнктуры и потребностей предприятий разных отраслей российской экономики. Исследование данных об объеме тендерных закупок по отраслям «Проектирование, монтаж и обслуживание систем вентиляции», «Вентиляционное оборудование и материалы» за 2019 год выявило превышение спроса над предложением.

Специалисты ООО «Система» рассчитывают, что компания займет значительную рыночную долю в Сибирском федеральном округе уже к 2022 году. Планируется выпуск составляющих как для технологических вентиляций, так и для комфортных… Генеральный директор Константин Казарин рассчитывает, что высокое качество продукции и ее низкая цена будут обеспечены благодаря условиям, созданным на ТОСЭР для ведения бизнеса. Таким образом компания сможет закрепиться в качестве поставщика для крупных заказчиков, включая предприятия атомной отрасли. Вся продукция будет производиться под заказ в соответствии с техническим заданием и особыми требованиями контрагентов.

ООО «Система» инвестирует в проект около 14 млн рублей. Выход предприятия на полную производственную мощность, а это 12,5 тонн в месяц по объему грузопотока металлического сырья, позволит создать 29 новых рабочих мест. Линия по изготовлению продукции разместится на территории промышленного парка, находящегося в границах ТОСЭР. Таким образом производственный цех площадью 10 687 кв. метров, построенный для резидентов, почти полностью заполнится работающим бизнесом» (отсюда).

На сей раз, дорогие мои, шампанского, кордебалета и салютов я требовать не стану, а робко попрошу пояснить несколько туманных моментов.

Если нам говорят, что производство только будет создано, это ведь означает, что его сейчас нет, верно? Отматываем ленту новостей на июнь прошлого года. Что там сказано? Что фирмы «РОСТ», «Электрикус», «Сибор», «Атомзнак» и «Сибрадиотех» заключили договоры аренды производственных площадей промышленного парка. «Таким образом, из 9,2 тыс. кв. метров арендных площадей около 7,5 тыс. сданы в аренду. Ранее в промпарке уже развернули производственные мощности «Малые космические аппараты»*, «А-Рокс» и «Система» (см.).

Любопытно. Из восьми духоподъёмных высокотехнологичных производств к концу января 2021 года в ЗАТО Железногорске волшебным образом осталось… сколько? «На территории опережающего социально-экономического развития начал работу четвертый резидент. Соглашение заключено между «Атом-ТОР» и ООО «АТОМЗНАК» (см.).

Я не стану здесь затевать дискуссий о том, насколько инновационными являются раскраска дорожных знаков или прессовка венткоробов. На фатальном безрыбье ОСОСы капризничать не приходится. Если бы в «резиденты» постучался производитель туалетной бумаги, мы бы и его с радостью приняли в дружную семью воровских народов. Но, товарищи дорогие! Как минимум последние девять лет нам бесперечь рассказывают о всё новых и новых Отечественных Товаропроизводителях, выходящих их кустов, прямиком из-за рояля. А потом они все куда-то испаряются. Не надоело ли?

Вопрос тоже далеко не праздный. Дело в том, что «субсидии субъектам МСП, являющимся резидентами промышленного парка, на возмещение части затрат на уплату арендной платы за земельные участки (объекты недвижимости)» были выданы за последние три года шести юридическим лицам. В деньгах это не особенно много, всего шестьсот тысяч. Но шесть получателей???

А ещё в рамках финансирования муниципальной подпрограммы «Оказание финансовой поддержки субъектам МСП, осуществляющим приоритетные виды деятельности» было выделено с 2016 года вспомоществование двадцати четырём предприятиям. Которые создали — прошу внимания — двадцать два новых рабочих места. Интересная динамика, правда? Бедняга Илон Маск рыдает в своей Пиндосии.

«Общий объем инвестиций в проект составит 47,7 млн рублей», в результате чего «будет создано 40 новых рабочих мест. Директор компании Константин Казарин уверен, что налоговые льготы и административные преференции позволят реализовать проект в четком соответствии с бизнес-планом. Компания будет производить дорожные знаки. Также планируется запуск линий по изготовлению знаков безопасности и фотолюминесцентных эвакуационных систем».

Фу, чёрт. Куда это меня занесло? Ах, да. Мистер Казарин ведь является директором двух предприятий, то ли заселившихся, то ли собирающихся заселиться в ангар на болотине возле НПО ПМ. Сам-то он предпочитал торговлю безалкогольными напитками, но кого в Железногорске таким бизнесом удивишь? Правильная цитата — вот она, читайте внимательно:

«Резидент Промышленного парка — ООО «Система» — запустила серийное производство элементов систем вентиляции на базе промпарка. Компания развернула производственные мощности: предприятие занимает 1700 кв.м. площадей парка, обеспечивает более 20 рабочих мест. Запущен первый этап серийного производства, в рамках которого осуществляется проектирование, выпуск и монтаж систем вентиляции и воздухоснабжения для помещений различного бытового и производственного назначения. Уже производятся такие элементы систем вентиляции как воздуховоды и фасонные элементы. Данная продукция успешно поставляется промышленным и научно-производственным предприятиям Красноярского края».

Понятно? Производство запущено было прошлым летом, железки расхватывались на ура. А теперь выясняется, что ничего этого нет, «линии по изготовлению продукции» в природе не существует, а бизнес-план строится на данных исследований двухлетней давности. Простите, но это непрофессионально, как минимум. Конкретно в ТОСЭРе потребность в продукции «Системы» снижается с каждым днём. Когда «решетнёвская фирма» завершит перевооружение, о вкусных тендерах Казарину в Железногорске придётся вообще забыть. А вы же знаете, что это АО «ИСС» и ФГУП «ГХК» объявлены якорными «резидентами» нашего высокотехнологичного зоопарка?

Уберите из формулы успеха заказы градообразующих китов, и станет непонятно, почему новые производства надо загонять в закрытый город с его отмороженным тепловым тарифом и конской системой пропусков. Других, что ли, в стране мест нету со льготным налогооблажанием? Хотя бы в соседнем Кырске? «Казарин рассчитывает, что компания сможет закрепиться в качестве поставщика для крупных заказчиков, включая предприятия атомной отрасли. Вся продукция будет производиться под заказ», говорите? Ой ли? И вообще:

«Губернатор отметил значение запуска Промышленного парка для Железногорска: «Он может стать отправной точкой для развития города, – сказал глава региона. – Это и инвестиции, и рабочие места. Промпарк – это в том числе сигнал, что Железногорск на карте Красноярского края – особый кластер продуцирования новых идей и технологий». Размещение первых компаний, реализующих проекты в области разработки и внедрения новых технологий и продуктов, планируется завершить до конца 2015 года».

Блин, да ведь пять лет миновало уже? Ну, тогда давайте хотя бы так: «До 2017 года в промпарке планируется размещение порядка 20 малых и средних инновационных предприятий, создание 1.000 рабочих мест и привлечение дополнительных налоговых поступлений в бюджет края», — сообщила Наталья Рязанцева».

И я уже не говорю вот об этом: «Строительство ядерного реактора в Железногорске предполагается начать в 2012 году. В 2016 году может быть введен в эксплуатацию первый блок, а в 2018 году — второй блок АЭС. Кроме того, реакторное направление на ГХК может быть дополнено экспериментальным быстрым реактором, который потребуется для отработки новых видов ядерного топлива».

Знаете, дорогие мои — впервые с компьютерами ваш корреспондент столкнулся в 1991 году. Мы тогда в Красноярске готовили к выходу сигнальный номер газеты «О!». Однако судьбе угодно было дать начинающим энтузиастам понять, что Россия — не то место, где можно всерьёз принимать объявленные правила игры. Газетка должна была выйти из печати аккурат девятнадцатого августа, что свершиться не могло ни при каких раскладах, как теперь очевидно.

Личный, персональный комп завёлся у меня существенно позже, чуть ли не в девяносто третьем, и я довольно быстро усвоил разницу между терминами «вышел из строя» (это про железо) и «заболел» (это про человека). Однако потом продолжительное знакомство с бандой новаторов в корне перепутало все понятия, и теперь компьютер мой вполне способен изобразить болезнь, а ваш покорный слуга, получается, выходит из строя от наведённых перегрузок. Так что относитесь с пониманием к некоторому изменению идеологии «Уран-Батора».

Я совершенно не понимаю, отчего должен тратить драгоценное время жизни на «дискуссии» с ворами, мудаками и идиотами. Искать конструктивной логики и связей в развесёлой афере под названием «промышленный пар» не имеет смысла. Карьеристы, мошенники, кража: вот три кита, на которых здесь всё держится. Больше нет ничего и ничего не будет, ибо бизнес-планом предусмотрено только катание-валяние по бюджетным сусекам. В этом мои внутренние прокурор, суд и присяжные абсолютно единогласны.

Ужасно жаль, что на писательство нету времени)))

.

* Сайт «МКА» сегодня вообще не обнаруживается поисковиком. Тревожусь. Это ведь была единственная фирма, предлагавшая обокластеру конкретный продукт.


Добавить комментарий

Этот сайт защищен reCAPTCHA и применяются Политика конфиденциальности и Условия обслуживания Google.