«ТЁМНАЯ ИСТОРИЯ»

19.07.2006

 

«ТЁМНАЯ ИСТОРИЯ»

Новый директор «Центра обеспечения деятельности дошкольного образования» отвечает на плохо завуалированные обвинения анонимных клеветников.

На прошлой неделе к исполнению обязанностей руководителя скандально известном МУ «ЦОДДО» приступила Марина Курдинова. «Очередной новый директор», — тут же зашипели дежурные телеголоса. — «Оптимизма в коллективе не прибавилось». Уже из одного из этого можно было понять: Курдинова человек для системы ДДО не новый. Знают её здесь. И побаиваются отчего-то. И точно: девять лет назад начала она работать в снабжении дошкольных учреждений. А потом уволилась…
«Почему уволилась, никто не говорит», — многозначительно выпучил на прошлой неделе глазки «Информ-Экспресс». Борцы с антинародным режимом Баховцева побрели по кабинетам, выспрашивая у сотрудниц Центра несомненно скандальные подробности изгнания Курдиновой. Однако ничего конкретного нарыть им не удалось. И всё-таки не плюнуть в сторону новой директорши было невозможно. Пришлось пользоваться заезженным приёмчиком, чтоб и тень на плетень навести, и в то же время ничего конкретного не сказать и под судебный иск не влететь. В результате получилось что-то слишком уж хитромудрое: «В кулуарах и шепотом специалисты вспоминали, что история была некрасивая».
Анекдот, да и только, согласитесь! Ночью, в ванной, со включённой водой некие «специалисты» (а у «Информа» все, кто с придыханием вспоминает времена тотального разграбления ЗАТО – офигенные специалисты) туманными намёками, на пальцах, пытались объяснить журналистам суть вопроса. А те никак не ухватывали главного – за что выгнал с работы Курдинову великий и ужасный Сан Саныч Перепёлкин. Ну, то есть интонационно всё вроде бы понятно было. Именно выгнал, и именно за что-то нехорошее. Но дальше – ни в зуб ногой. Не хотел желанный компромат облекаться во что-то реальное. Хоть ты тресни!
Прикинем, что сделал бы в таком случае нормальный журналист? Как минимум — обождал бы с художественным свистом в эфире. Взял бы паузу и попытался докопаться до подробностей. Ту же Курдинову расспросил бы, в крайнем случае. Но нет. Здесь очевидно не тот случай. И логика проста. Нету тявканья – нету и миски с похлёбкой. А между тем Марина Курдинова эпопею увольнения своего из ЦДО готова рассказывать любому и каждому. Благо, история была действительно запоминающаяся. Вот она.

 

ИЗ ЖИЗНИ «НЕБЛАГОНАДЁЖНЫХ»

— Пришла я сюда на должность инженера по снабжению в 1997 году. Перепёлкин тогда занимал должность заместителя по общим вопросам. Не имея, кстати, высшего образования, а имея образование ГПТУ-шное. (Ему это можно было.) И вот не успела я отработать год, как мой непосредственный начальник ушёл в отпуск. Исполнять обязанности начальника отдела снабжения передали мне. Тут мы впервые с Перепёлкиным и столкнулись.
В детских дошкольных открывались тогда прачечные и закупалось хозяйственное мыло для их нужд. Претендентов на поставку было три: «Муссон» Князева, Виктор Стародубцев и ещё какая-то случайная фирма. Она, кстати, и получила заказ. Когда мы это мыло посмотрели, оказалось, что оно некачественное, со следами плесени и с запахом. Мне объяснили: зато оно – самое дешёвое. Я взвесила кусочек. Он оказался не 250, а примерно 165 грамм. И получилось — в пересчёте на килограмм — что это мыло обошлось нам гораздо дороже качественного мыла Стародубцева и Князева.
Я пошла к Олегу Александровичу Решетникову. Стали разбираться, кто закупал эту дрянь. Выяснилось, что замешан Сан Саныч. Решетников своей властью заставил собрать это мыло со всех детских садов и вернуть поставщику. А Перепёлкин мне потом долго объяснял, что его тоже обманули…
Второй раз мы столкнулись в 1998 году. Тогда магазин «Кантат» уверенно срывал все наши заявки, и мне приходилось ежедневно ездить туда, чтобы отбраковывать гнильё. Однажды нам поставили мясо из Кызыла: чёрное, заветренное, не промышленного забоя. Плюс нет документов от СЭС, подтверждающих, что это мясо прошло освидетельствование в Красноярске-26. Клейма на тушах размытые. Сертификаты, как говаривал Сан Саныч, «откатаны в Одессе, на Малой Арнаутской».
Я, естественно, звоню Решетникову и говорю, что допустить это мясо в детские учреждения не могу. Он посылает в «Кантат» Перепёлкина, разбираться. Перепёлкин моё решение отменяет, накатав предварительно меня мордой об стол. (Фигурально выражаясь, конечно.) Я поставила в известность отдел по защите прав потребителей. Тамара Андреевна Демёхина позвонила Ждановой, в ветслужбу. Жданова садится в «УАЗик» — и в «Кантат». Но мясо уже спрятали. Распихали по общепиту по городу…
В результате всей этой свистопляски в марте 1998 года вышло постановление Катаргина, запрещающее покупать мясо не промышленного забоя, из неблагополучных районов и не освидетельствованное должным образом. А Решетникова вице-мэр Якушин заставил писать объяснительную. Тот очень испугался. И Перепёлкин, пользуясь этим его испугом, начал планомерно меня выдавливать с должности. Метод был простой, он всех так выгонял: надбавки срезать до минимума – и сама уйдёт. Я и ушла в конце концов. А «тёмная история», про которую Вы спрашиваете, послужила только поводом.

 

ПОСЛЕДНИЙ ПРИВЕТ «МУССОНА»

В августе 2003 года меня отозвали из отпуска, чтобы запускать д/с №71 «Сибирская сказка». Туда надо было купить кухонное оборудование для пищеблока, по запросу ценовых котировок. Проблема была в чём? Катаргин сказал, что в октябре просто продаст садик с молотка, если мы его не пустим. А без пищеблока пустить его было невозможно. То есть времени у нас было в обрез.
Я, как начальник отдела снабжения, направила запросы четырем фирмам. Любимая фирма Перепёлкина *** (Цензура! – Авт.) отказалась сразу же. Сказали, что им такую мелочёвку возить невыгодно. «Техэкс» Харитонова тоже отказался. Зеленогорская компания «Восток» прислала свои предложения по факсу. И всё на тот момент. Письмо от фирмы «Муссон» пришло немного позже установленного нами срока.
В администрации мне сказали, что из одного предложения выбирать нельзя. Поэтому я приняла и заявку «Муссона». Она, надо заметить, оказалась на 5.000 рублей дешевле, чем у «Востока». Отчёт о полученных предложениях был представлен котировочной комиссии ДДУ. Комиссия решила передать заказ «Муссону». Однако Князев с Разгуляевым доблестно развалились и обязательства свои исполнить не смогли. Образовалась просроченная дебиторская задолженность на сумму около 300 тысяч. И я получила за это выговор. Вот и вся «тёмная история».
— А где же криминал?
— А никакого криминала нет. Все документы по этому делу у меня сохранились. Я показывала их Баховцеву и Головкину, когда устраивалась на работу. Кстати, начальник Управления образования сам меня спросил, что там было такое с «Муссоном». Кто-то забежал вперёд и «проинформировал». В ходе разговора все вопросы были сняты. И о чём тут ещё можно говорить, я не знаю…
Насколько мне известно, в ЦОДДО существует некая «инициативная группа», поставившая целью не дать мне работать. Скорее всего, эта вот попытка устроить скандал на ровном месте – их рук дело. Начальница отдела кадров, уходя в отпуск, сказала, что будет искать новое место работы. Ей со мной, мол, будет не ужиться.
— Знает кошка, чьё мясо съела?
— Наверное, так.

Записал Эдуард БЕЗОБРАЗОВ.

Добавить комментарий

Этот сайт защищен reCAPTCHA и применяются Политика конфиденциальности и Условия обслуживания Google.