ГАРАНТИРУЮ ЛЖИЗНЬ

«Зачем рабам дары свободы?» — интересовался как-то Пушкин. И верно: зачем?

ГАРАНТИРУЮ ЛЖИЗНЬ

Возлагать веночки к дверям МП «ГЖКУ» мы ведь тоже не пойдём, верно?

Давным-давно, в счастливые довоенные нефтегазовые времена, отоплением ЗАТО Железногорск занималась подземная атомная печка Горно-химического комбината, плюс разноплеменные котельные. Вопрос цены топочного мазута занимал тогда, пожалуй, одних лишь снабженцев, да ещё нескольких особо продвинутых чиновников в Сером доме, сидящих по берегам бюджетных рек с ведёрками. А про размер теплового тарифа, кажется, не знал вообще никто.

Перспектива остановки последнего реактора хоть и просматривалась впереди довольно отчётливо, железных горцев совершенно не пугала. Во-первых, потому что реактор был, кажется, всегда и не мог никуда исчезнуть в одночасье. Во-вторых, целых два правительства мировых супердержав договорились построить вместо АДЭ-2 угольную теплоэлектростанцию, которая компенсирует потери. Чёрное золото вместо урана, конечно — это было обидно, но не очень. Так, слегка. И к тому же в туманных далях неопределённого будущего при желании можно было рассматривать какие-нибудь другие миражи, не в пример более воодушевляющие.

Потом напала на бывший Соцгород вражеская «честная власть» и в один прекрасный день туземцам объявлено было, что достройка Железногорской ТЭЦ по секвестрированному проекту автоматически приведёт к двойному, как минимум, росту стоимости тепла для населения. Самая заполошная часть публики попыталась в этот момент заволноваться, но умные и ответственные дяденьки вовремя предупредили панику, пояснивши, что мэр Баховцев — мудак и спекулятор, и что госкорпорация «Росатом» своих никогда не бросит. Замещающий теплоисточник на пендосовские деньги будет построен строго по графику в 2008 2009 2010 2011 2012 году…

Успокоенное население снова забралось на печку и следующее сообщение «Уран-Батора» о том, что весной 2009 года Нашгород был на волоске от фактической остановки реактора заметили исключительно одни специалисты. А сколько их вокруг, реальных специалистов-то? Раз, два и обчёлся?

Ну, конечно же, до выборов 2010 года никто не собирался оставлять железных горцев без тепла. Что за глупости? Первую остановку подземной котла поспешили объявить тренировочной, «честную власть» совместными усилиями разнесли по кочкам и повторное возвращение к теме имело место уже после триумфального для одной семьи и одной судьбы голосования. Одновременно туземцам рассказали о продаже «инвесторам» завода поликристаллического кремния и о теперь уже гарантированной заглушке последнего реактора ГХК.

Публика немножечко взволновалась, но снова не сильно, ибо сбоев в теплоснабжении обещано было не допустить — как и роста квартплаты. К тому же Железногорская ТЭЦ вот-вот должна была включиться в работу. Соответствующими релизами с бесчисленных совещаний в крае можно было уже оклеивать виртуальные окна Нашгорода, чтобы не дуло с улицы. Депутаты отплясывали лихие канканы и в десны лобызались с бандой новаторов на инновационных форумах. Жизнь была прекрасной и удивительной. Умиротворённое население снова прижалось к батарее и впало в спячку, на сей раз до 2012 года.

Следующее пробуждение вышло не очень весёлым, ибо пятилетней давности прогнозы спекулятора и мудака сбылись чуть более, чем полностью. Плата таки реально удвоилась, и власти развели руками в недоумении: зато, мол, теплоснабжение ЗАТО не прекращено! Впервые столкнувшиеся лицом к лицу как с настоящим капитализмом, так и с открытыми, патентованными козлами, аборигены вздрогнули и побежали митинговать. Не все, конечно, что вы. Человек триста-четыреста. Но и это количество вздрюченных пенсионеров на крыльце Серого дома перепугало чиновников до судорог.

«Сити-менеджер» Пешков первым делом попытался прижучить организаторов зачаточного майдана через правоохранительные органы, а всем прочим поведал умилительную сказочку о том, что рост тарифа совершенно не сказался, оказывается, на фактическом уровне платы физических и юридических лиц за батареи. Ширнармассы заглянули в платёжки и очень удивились.

Далее власти уже практически в непрерывном режиме рапортовали электорату о своих планах а) достройки ЖТЭЦ и б) сооружения нового реактора на ГХК. Сперва это звучало просто забавно, потом гомерически смешно. Сегодня кроме нецензурных комментариев такие разговоры ничего иного не заслуживают, ибо на пути ОСОСов в светлое будущее так же предсказуемо успели пасть смертью храбрых дураков два крупнейших муниципальных предприятия Красноярска-26. И прямо сейчас мы наблюдаем за похоронами.

Спектакль развивался чётко по сценарию, ни шагу в сторону. С одной стороны, мы действительно получили двойной тариф, однако компенсировать затраты МП «Гортеплоэнерго» краевое «правительство» вовсе не собиралось. Хотя нет, не так. На первых порах тарифный разрыв просто очень долго обсуждался в высоких кабинетиках, и всё это время железным горцам обещали непрофильные потери возместить. Как происходила выплата компенсаций, вы навряд ли успели забыть, поэтому скажем лишь, что полумиллиардный долг свой, по словам Серого дома, за эти восемь лет господа гауляйтеры так и не погасили.

С другой стороны, удвоение тарифа поставило жирный крест на деловой активности в Нашгороде. Бизнес посыпался и побежал за пределы колючки. Обнищание населения на фоне путинских многоходовочек резко ускорилось. Как следствие, нарастали неплатежи, причём в долги влезали не только рядовые граждане, но целые предприятия, учреждения и даже федеральные организации типа будущей «нацгвардии». Разумным людям неизбежный финал отчётливо виден был уже тогда. Но не ОСОСам, ибо они ещё не все сливы сняли с этого дерева и не все танцы исполнили на столах в буфете.

Благословенной осенью 2010 года в Нашгород вошёл сиятельный «КРЭК». Ему полагалось поглотить МП «Горэлектросеть», а взамен построить за бешеные бабки для кремниевого завода ЛЭП с подстанцией. С этой тарелочки в будущем полагалось заодно прикармливать перевооружённую «решетнёвскую фирму», а также немножечко мощностей отчекрыжить в «промышленный парк» и на Ленинградский проспект, под жилую застройку. Эту блестящую позоруху вы также навряд ли успели забыть. Деньги зарыли в яму вместе с инновационными производствами, а семейство Кузичевых, сыто урча, покинуло Красноярский край под громкие аплодисменты полимилиции.

Не скажу плохого, благородный «Росатом» своих действительно не бросил. После остановки реактора функцию отопления города приняла на себя пиковая котельная ГХК. По случаю неосмотрительно данных охлосу обещаний сохранять тарифы на прежнем уровне любые разговоры о бюджетных компенсациях могли вызвать самые непредсказуемые последствия. Поэтому на первых порах мазутная печка реально работала в долг. Вот только прощать его на самом деле никто не собирался, и серьёзные финансовые разборки двух хищников, коим «нечего было делить» в ЗАТО, не заставили себя долго ждать.

Наличие строгой удавочки в руках у атомщиков и голые лапки гауляйтеров привели к тому, что выставленные в конце концов счета оплачивать пришлось буквально с миру по нитке. Помните сенсационные прожекты строительства в парке семейного развлекательного центра и крытого катка стоимостью под шестьсот миллионов? Эти денежки, тяжело вздыхая, краевое «правительство», не успев даже помусолить липкими пальчиками, тоже вынуждено было перенаправлять обратно в ту кубышку, откуда они потекли было. В родную хавань, да.

А финальные долги на счетах «Гортеплоэнерго» всё росли и росли, но поскольку ни один уважающий себя временщик на два дня вперёд не заглядывает, — кому до них было дело? Чисто для успокоения души и наполнения отчётов ответработники, вспоминая, должно быть, фокусы Иисуса Христа с рыбой и хлебами, затеяли увлекательную игру с передачей Железногорской ТЭЦ от одного владельца другому, с шумными разборками на предмет завышенных накладных расходов и возможности снижения тарифа за счёт оптимизации и прочих магических штучек. А финальные долги на счетах «Гортеплоэнерго» всё росли и росли.

Когда окончательно стало ясно, что внешних поступлений в эту аферу больше ждать не приходится, а покражи на мазуте хоть и сохраняют индивидуально-шкурную прелесть, но целиком картину не красят, руководящим ОСОСам пришлось пойти на обострение. Уютно присосавшийся к кошелёчкам аборигенов «КРЭК» впервые показал зубки принимающей стороне и затребовал себе рычаги управления в «Гортеплоэнерго».

Местные мокрощелки, униженно бормоча что-то невнятное про рабочие группы и дорожные карты, мгновенно поджали хвостики и фактически слили предприятие рейдеру. С этого момента судьба заколючинской экогномики была предрешена. Один только Игорь Герменыч продолжал геройски пучить хилую грудку на вайбер-баррикадах под надёжным присмотром боевых единорогов УСО ГХК и лично Коленьки Панченко и Яны Янушкевич. «Люди не должны пострадать!» — вскрикивал он. «Создан оперативный штаб!», — всхлипывал он. «Я гарантирую!».

Последние фиговые листочки с мраморного монумента на нашем общем будущем неожиданно (ах, опять?) упали в прошлом году, когда красноярцы заблокировали счета «Гортеплоэнерго». Уютно рассевшиеся на бюджетных ветвях соратники Куксина обиделись совершенно искренне. Как же так? Были ведь какие-то договорённости, дорожные карты какие-то? Но их уже никто не слушал. Последним сольным выходом «молодого и энергичного» номер три на авансцену стала феерической глупости попытка напугать захватчиков банкротством муниципального предприятия. Либо, мол, вы в течение двух недель возвращаете нам одеяло и корзинку с пирожками — либо мы поджигаем избушку и все вместе гибнем в огне!

Сдаётся мне, Герменыч в этот момент сам себе очень-очень нравился. Суровый такой, мужественный, небритый. С блистающими гневом очами. В моднячем кургузом пиджачке и красных туфельках. Чистая же голливудская звезда! Как могли устоять супротив такого зубодробительного унисекс-шарма краевые разбойники?

А они, гады, мало того, что устояли — похоже, вся эта затея с запуском процедуры банкротства именно в губернаторских кабинетиках и была сочинена. Угроз Куксина «КРЭК» совершенно не испугался, а как бы, напротив, очень обрадовался и поспешил вписать себя в перечень кредиторов. Походя обнаружилось при этом, что структура муниципального долга выглядит не совсем так, как нам рассказывали много лет, однако это уже ни на что повлиять не могло. Померла так померла. Определение даты похорон становилось всего лишь вопросом времени.

Вслед за «Гортеплоэнерго» неизбежно рухнула и муниципальная управляйка, где менеджмент также не на помойке себя нашёл и, значит, имел право слегка подзаработать на пожаре с наводнением. Из-под лавки полезли новые, с иголочки, частные фирмы с удивительно знакомыми лицами на аверсе. Туземцы опять забеспокоились, но им вовремя объяснили, что без пастуха стадо нипочём не останется, и город снова погрузился в спячку.

В пятницу, 26 июня, конкурсный управляющий «Гортеплоэнерго» Алексей Туровцев оповестил Россиюшку о готовящемся пополнении реестра кредиторов предприятия-банкрота. И если наличие среди них ООО «Топливная компания «Нафтатранс Плюс» (долг в 26,7 млн рублей по мазутному договору 2019 года), а также «Красноярскнефтепродукта» (долг в 480 т.р. по договорам 2018-2019 годов) и даже фирмы «ЮК-Ойл» (813 т.р. по договору 2011 года) железных горцев навряд ли могло удивить, то лично меня поразили всё же заявления краевого агентства по управлению муниципальным имуществом на 29,6 млн рублей (договоры аренды с ГХК, начиная с 2015 года) и — прошу внимания — администрации ЗАТО Железногорск (требует вернуть 4 млн субсидии на компенсации гражданам в 2019 году).

Мило, не правда ли?

Ровно в тот же день — шуточки Фортуны, что поделаешь? — аналогичное уведомление опубликовал конкурсный управляющий МП «ГЖКУ» Александр Лапутев. Каким образом муниципальная управляшка ухитрилась задолжать, например, триста тысяч «Сбербанку» ещё в 2015 году, не очень понятно, конечно. Чистым налётом Робин Гуда смотрится требование четырнадцати тысяч «неосновательно начисленной платы корректировки за отопление» со стороны гр. Кириллова К.Ю. (имеется решение суда от 2019 года). И даже девятнадцать миллионов, на которые претендует налоговая, не вызывают особого отторжения: чего другого могли мы ждать от родного государства?

Безусловно самым щирым оратором на могилке незадавшегося рывка незадавшегося депутата Сергейкина стало МП «Гортеплоэнерго». От него конкурсному управляющему поступило пока четыре заявления на двести с копейками миллионов. Но, товарищи дорогие, говорю я. И снова повторяю: но! Семьдесят четыре тысячи от Серого дома (долг по арендной плате чёрт знает, с какой поры) это вообще что такое? Я понимаю — финансовая дисциплина, строгая отчётность, копейка рубль бережёт, и так далее. Но самим-то вам не смешно разве?

Когда комбинат глушил АДЭ-2 весной 2010-го, некоторая отвязанность мысли навела вашего корреспондента на идею организовать ранним утром шествие до Мужика-В-Пиджаке с возложением траурных венков к подножию и размещением потом видосиков в интернетиках. Но чего-то Гаврилова стало жалко по старой памяти, да и лень-матушка сильно намного раньше меня родилась, это понятно.

К зданию МП «ГЖКУ» плачущие колонны сразу после обнуления Конституции в среду тоже не потянутся, я так понимаю. Выходной — дело хорошее, но мы будем беречь силы до сентября, когда Железногорску снова потребуется усадить себе на шею понадёжнее самых отборных членов ОСОСа. А там, наконец, можно будет снова отползти обратно на печку, покуда она ещё теплая. Нам ведь обещали, что она нипочём не остынет, такие важные люди, что страшно даже подумать.

Р.S.

«В Железногорске продолжается общероссийское голосование по поправкам к Конституции РФ. Сегодня на своем избирательном участке, расположенном в столовой «Арктика», проголосовал генеральный директор Горно-химического комбината Дмитрий Колупаев. Дмитрий Никифорович подчеркнул: «Поправки своевременны, необходимы и важны. И это не только социальный аспект нашего основного закона, но и вопрос суверенитета страны».

Суверенитет ещё, ну конечно же, как я мог забыть. Фу.

Добавить комментарий

Этот сайт защищен reCAPTCHA и применяются Политика конфиденциальности и Условия обслуживания Google.